История
6318
История

О появлении древне-мордовских племен

На рубеже нашей эры (2000 лет назад) городецкая культура «переросла» в древне-мордовскую. Археологические сведения и фольклор дают очень скудные сведения  о том, почему и как это происходило. Предположительно, в эти времена древне-мордовские племена существовали, будучи известными окружающим народам под одним из следующих имён : андрофаги, будины, йирки, фиссагеты. Вот как Геродот — "отец истории" — описывает их: «Андрофаги. «Среди всех племен самые дикие нравы у андрофагов. Они не знают  ни  судов, ни законов  и являются кочевниками. Одежду носят подобную скифской, но язык у них особый. Это единственное племя людоедов в той стране».

«Будины — большое и многочисленное племя; у всех их светло-голубые глаза и рыжие волосы... Каждые три года будины справляют празднество в честь Диониса и приходят в вакхическое исступление... Будины — коренные жители страны — кочевники. Это — единственная народность в этой стране, которая питается сосновыми шишками... (примечание: уточнение лингвистов - не шишками, а белками, питающимися сосновыми шишками). Вся земля их покрыта густыми лесами разной породы. Среди лесной чащи находится огромное озеро, окруженное болотами и зарослями тростника. В этом озере ловят выдру, бобров и других зверей с четырехугольной мордой. Мехом этих зверей будины оторачивают свои шубы...»

Йирки «промышляют охотой и ловят зверя следующим образом. Охотники подстерегают добычу на деревьях (ведь по всей их стране густые леса). У каждого охотника наготове конь, приученный лежать на брюхе, чтобы меньше бросаться в глаза, и собака. Заметив зверя, охотник с дерева стреляет из лука, а затем вскакивает на коня и бросается в погоню, собака же бежит за ним».

«За будинами к северу сначала простирается пустыня на семь дней пути, а потом далее на восток живут фиссагеты — многочисленное и своеоб-разное племя. Живут они охотой... Из их земли текут четыре большие реки через область меотов и впадают в так называемое озеро Меотиду. Название этих рек : Лик, Оар, Танаис и Сиргис».

У Геродота же историки находят описание скифо-персидской войны 512 года до нашей эры, войны, вызвавшей серьезные передвижения народов на север. Естественно, это передвижение затронуло и городецкие племена. Вряд ли они снялись с обжитых мест, однако на их земли пришли иноплеменники. В истории городецких племен таким образом возник внешнеполитический фактор. Он-то, видимо, и ускорил оформление древне-мордовской культуры.

События второй половины первого тысячелетия нашей эры способствовали установлению тесных контактов предков мордвы с южными сарматскими племенами. Наиболее частыми они были в I–IV веках нашей эры. Именно в это время получают широкое развитие торговые связи.

Основным продуктом торгового обмена мордвы были меха и шкуры, продукты земледелия, в которых испытывали нужду их южные соседи. Сарматы же меняли предметы вооружения, изделия из металлов. Но кочевники были ненадежными торговыми партнерами. Нередко на смену торговому каравану приходил отряд конных воинов, и тогда неминуемо вспыхивала сеча. Железные трехлопастные  наконечники  сарматских   стрел   довольно часто археологи находят на валах мордовских городищ в Нижнем Присурье.

Набеги мелких сарматских отрядов сменились в конце концов нашествием большой лавы всадников, которые подчинили себе некоторые мордовские племена. На территории современного Большеигнатовского района неподалеку от села Андреевка археологи раскопали курган — захоронение вождя завоевателей и его дружинников. В центре могилы был установлен специальный помост, куда было возложено тело вождя, рядом покоились два вооруженных воина. В ногах лежал связанный пленник или раб.

 Однако господство пришельцев было недолгим, они довольно быстро были ассимилированы древней мордвой и растворились в её среде. Борьба древней мордвы с южными пришельцами была поистине героической. Ведь последние стояли на более высокой ступени развития. Мордовские же племена в I—IV веках жили в условиях начинающегося разложения первобытно-общинных отношений.

В то далекое от нас время племена объединяли несколько родов. Каждый род состоял из нескольких больших патриархальных семей. Во главе семьи обычно стоял кудатя. Род или несколько родов составляли поселение — веле. Занимали они в основном удобные, приречные места. Лишь к середине I тысячелетия нашей эры поселения стали иметь мощные оборонительные сооружения.

 Древняя мордва селилась в плодородных долинах рек Оки, среднего течения Волги, Цны, Мокши и Суры. Это был край с тучной, плодородной землей, богатый густыми лесами, реки изобиловали рыбой. Всё это наложило отпечаток на хозяйство наших предков.

Главным занятием древней мордвы было земледелие. Сеяли ячмень, рожь, полбу, горох. Пользовались серпом и косой, пашенное земледелие появится позднее.

Раскопки археологов свидетельствуют о высоком уровне развития ремесел у мордвы. Обнаруженные орудия труда говорят нам о довольно развитой древней металлургии.

Немалую роль в жизни древне-мордовских племен играли охота, рыбная ловля, бортничество — сбор меда диких пчел. Природные богатства (пушнина, мед, рыба) давали возможность нашим предкам вести торговлю с соседями.

И вот мирная жизнь прерывается нашествием. Вести борьбу с пришельцами трудно. Ведь постоянной военной дружины ещё нет, приходится и пахать, и учиться владеть оружием. И лишь к середине  тысячелетия положение меняется. К этому времени происходят существенные сдвиги в жизни и быте древней мордвы. На смену родовой общине пришла соседская.

Наряду с городищами возникли открытые поселения. Сложилась постоянная боевая дружина. Земледелие стало пашенным. Возникло и стало развиваться имущественное и социальное неравенство.

На этой ступени развития зафиксировали предков современной мордвы и иноземные авторы. В VI веке историк готских королей Иордан в своей книге под названием «О происхождении и деяниях готов», описывая племена Восточной Европы, назвал народ «морденс». Это было первое упоминание в письменных источниках о мордовском народе.

Мордва... Как возникло имя народа? Является ли оно самоназванием или же так называли наших предков соседние племена ? В ирано-скифских языках существовало слово martiya, переводимое как мужчина, человек. Оно-то и легло в основу этнонима мордва. В русском же языке к основе «морд» присоединился суффикс «ва», имеющий оттенок собирательности, общности. Так и возникло имя народа, имя, существующее уже полторы тысячи лет.

В середине I тысячелетия нашей эры история древне-мордовских племен связана с передвижениями народов, которое известно под названием «великого переселения». В конце IV века сарматы были разбиты пришедшими с востока гуннами. Современник гуннского нашествия римский историк Аммиан Марцеллин писал о гуннах как о подвижном и неукротимом народе, пылающем «неудержимой страстью к похищению чужой собственности». Внезапность прихода гуннов усилила страх перед ними. Тот же Марцеллин оставил нам такую запись: «Невиданный дотоле род людей, поднявшийся как снег из укромного угла, потрясает и уничтожает всё, что попадается навстречу, подобно вихрю, несущемуся с высоких гор».

А позже на южных границах мордовских земель  появились  новые,  более  грозные. А позже на южных границах мордовских земель появились новые, более  грозные враги. Это ускорило процесс развития древне-мордовских племен, дало толчок возникновению боевых дружин. Тревожная обстановка на юге заставила мобилизовать все внутренние силы народа. Может быть, поэтому все попытки подчинить мордовские племена в IV-VII веках проваливались, были безуспешными, а вплоть до VIII века границы их расселения не менялись.

На рубеже VII—VIII веков обстановка резко изменилась. Давление кочевников юга усилилось, и мордовские племена не смогли уже успешно противостоять натиску.

В VII веке в Среднем Поволжье появились племена булгар. По свидетельству персидского автора X столетия, булгары — народ «отважный, воинственный и внушающий ужас. Их характер подобен характеру тюрок, живущих возле страны хазар». Булгары потеснили мордву. Оседая на Волге, они стали её восточными соседями. Одновременно аланское население Северного Кавказа, теснимое арабскими завоевателями, переселилось в верховье Северного Донца, Оскола и Дона, на пограничные с цнинской мордвой земли. Следом нахлынула новая кочевая волна — хазары.

Южные степи всегда были для мордовских племен источником опасности, с юга волна за волной накатывались кочевые орды. Скифы, превратившие лесостепь Восточной Европы в поле охоты за рабами, сменились сарматами. Следом смерчем прошли неизвестные восточные конники-гунны. И далее век от века конные лавины булгар, алан... Столетия мордовские племена вели ожесточенные схватки со степью. И выходили  победителями.  О  мордовские укрепленные городища и военные дружины раскалывались пускай частые, но слабо организованные набеги мелких кочевых орд. Но государственной организации могучего Хазарского каганата (VIII-X вв.) древние мордовские племена не смогли противостоять. Основная часть южной мордвы покинула свои исконные земли в верховьях Суры и ушла на запад и северо-запад. Оставшиеся были вынуждены платить дань.

 Размеры хазарской дани с мордвы трудно установить. Возможно, она была такой же, как и со славянских племен — по серебряной монете и белке с дыма, возможно, гораздо большей. Однако достоверно известно, что она не была чётко определенной, поскольку сами хазары не знали численности мордовского населения. Не случайно хазарский каган Иосиф в письме сановнику при дворе кордовского халифа Абд-ал-Рахмана III Хасдаю Ибн-Шафруту, написанном не позднее осени 961 года, говорил следующее о народах Среднего Поволжья: «Их девять народов, которые не поддаются точному распознаванию и которым нет числа».

В период хазарского владычества у мордовских племен начинает исчезать военная дружина. В южно-мордовских могильниках V—VII веков археологи в каждом втором погребении мужчины обнаруживают конного воина, а в могильниках периода хазарского владычества только в каждом пятом. Хазары не позволяли местному населению создавать боевые дружины. Они обеспечивали себе тем самым повиновение и возможность грабежа покоренного населения.

Во второй половине I тысячелетия нашей эры, в результате внутреннего развития и внешнего давления произошло разделение единого древне-мордовского племени.

В X веке хазарский каган Иосиф в одном из своих посланий упомянул народ «арису». Это было первое письменное упоминание об эрзе. Следом об эрзянах («арджанах») сообщал летописец монголов Рашид-ад-Дин, позднее писал о них ногайский князь Юсуф.

Первое упоминание о мокше встречается позднее, оно обнаружено в записках фламандского путешественника Гильома Рубрука. О мокше пишут Рашид-ад-Дин, венецианец Иосафат Барбаро. Встречается этноним в форме «мухшы» позднее и на булгаро-татарских могильных камнях.

Эти этнонимы индоевропейского происхождения. Эрзя восходит в своей основе к иранскому слову arsan, что переводится как мужчина, герой, а мокша по происхождению связано с наименованием реки, истоки которого уходят к индо-европейскому населению Среднего Поволжья, обитавшему здесь отдельными группами еще до расселения финно-угров.

К концу I – началу II тысячелетия нашей эры различия между мокшей и эрзей стали весьма существенными. Главной отличительной особенностью явились различия в погребальном обряде. Северная группа, эрзянская, хоронила своих покойников головой на север, реже на северо-запад. Для южной, мокшанской, группы могильников, наоборот, характерна южная и юго-западная ориентировка погребений.

Борьба с хазарским владычеством, конечно, велась. Однако, слишком неравными были силы. Обстановка меняется в X веке. Каганат начинают раздирать внутренние смуты, сотрясать удары внешних врагов — печенегов и русских князей. Последний удар нанёс Хазарии киевский князь Святослав, который, как сообщает нам русский летописец, «легко ходил в походах, как пардус, и много воевал».

В 964 году его дружина появилась на берегах Оки и Волги. Здесь Святослав провёл целый год, готовя прочный тыл для своего похода в сердце хазарской державы — Итиль. По сведениям арабского автора Ибн-Хаукаля за это время он нейтрализовал союзников хазар на Средней Волге. В 965 году русские дружины спустились вниз по Волге и взяли Итиль и другие хазарские крепости : Семендер на Тереке и Саркел на Дону.

 Арабский географ Ибн-Хаукаль писал о последствиях похода Святослава : «Теперь не осталось и следа ни от Булгара, ни от буртасов, ни от хазар, потому что Русь уничтожила всех их, отобрала от них и присоединила к себе их край, а те, кто спасся... разбежались по окрестным местам в надежде договориться с Русью и стать под её власть».

Крушение хазарской державы привело к освобождению народов, плативших дань хазарам. Возможность свободного развития получают и мордовские племена. Они начинают залечивать раны, нанесенные в ходе неравной борьбы.

По материалам мордовских ученых Н. Мокшина, В. Абрамова, В. Юрченкова

Рассказать друзьям